Резкий звон будильника разогнал липкую дрему. Котик шлепнул по тому месту, где должен был стоять этот видавший виды тикающий агрегат — тот заткнулся. Котик приоткрыл один глаз — было довольно светло. Он резко перевернулся на спину и посмотрел на Латинскую Америку. Никакого надменного профиля там не было — обычный разноцветный калейдоскоп стран, рек, городов, врезанный в равномерный голубой фон океанов. Недобрый индеец при свете дня прятался в хитросплетении границ. Котик спустил ноги на прохладный пол, поежился и нырнул в набегающий день.
Снова он прятался в своем укромном месте, откуда как на ладони был виден ее подъезд. Сегодня было пасмурно, но дождя не было. Почти совсем распустившаяся сирень раскинула море крохотных цветков прямо перед его глазами. Сотни и сотни маленьких сиреневых четырехлепестковых колокольчиков с легким сладковато-пряным запахом окружали его со всех сторон. Он чуть повел взглядом в сторону, и вдруг ему показалось, что вон там, совсем рядом, светится цветок с пятью лепестками. Он знал о поверье, что пять лепестков сирени приносят удачу, надо только сорвать такой цветок и съесть. Хоть Котик и не верил во всякие приметы и заговоры, можно было и попробовать — хуже-то точно не будет. Но нет, обознался: обычный бутончик в четыре лепестка… И тут же, совсем рядом, пять лепестков, прямо на него смотрят! Котик осторожно взял двумя пальцами этот бутончик, чтобы не потерять, и оглянулся. Нет, никто его не видит. Тогда он оторвал цветок и быстро сунул в рот, почувствовав легкий травянисто-горьковатый привкус. Не жуя, Котик проглотил цветок. Все, теперь удача на сегодняшний день гарантирована, его затея увенчается успехом.
Сильный приторный запах ударил в голову, закружил ее — это ветер, перед тем как достичь носа Котика, обдул цветущую неподалеку черемуху. Когда Вишня выскочила из дома, Котик даже слегка растерялся, одурманенный весенней смесью запахов. Но быстро собрался и привычным путем, в обход дома, рванул к месту встречи. Стараясь дышать ровно, он первым вышел на дорожку. Вишня была уже на подходе. Она увидела его, растрепанного, и белые, не совсем ровные зубы сверкнули в улыбке, которая зажгла внутри Котика горячий шарик.
— Привет, Котик! Ждешь?
Котик попробовал улыбнуться в ответ:
— Нет, вот проходил мимо, увидел тебя… Портфель давай.
Улыбка получилась не очень естественной. Не так-то просто искренне улыбаться с коварным замыслом в голове. Вишня отдала ему портфель и пошла рядом.
— Как твои танцы? — поинтересовался Котик.
— Ой, здорово! У нас с Серёжей так хорошо получается! Алла Александровна говорит, что, наверное, нас отправит скоро на конкурс в Москву. Туда две пары поедут: одна-то — точно Вика с Денисом, а вторая… Если мы так же хорошо будем с Серёжей, то нас отправит. Представляешь, в Москве на три дня! Серёжа там уже был, он мне все покажет.
По мере того, как Вишня щебетала, Котик все более мрачнел. Да уж, он-то хорошо себе представляет: его Вишня вместе с этим мелким светловолосым гуляет вечером по Москве, без родителей, допоздна… Надо идти по пути, подсказанным недобрым индейцем.
— А этот твой… Серёжа… — Котик еле заставил себя произнести это имя. — У него фамилия какая?
— А зачем тебе? — посмотрела на него Вишня.
— Ну… это… — замялся Котик — все-таки он врать не очень умел. — Мой друг по даче тоже танцами занимается, Серёга… Может, это он.
Только бы она не спросила фамилию друга, думал он, а то весь план насмарку. Но она не спросила.
— А я не знаю, — удивленно сказала она. — Мы там все по именам.
Котик тоже удивился. Такого он не ожидал.
— Погоди! — спохватилась Вишня. — Он же мне телефон дал.
Она вытащила из кармана и развернула листик бумаги, на котором было написано «Сергей Троицкий», с номером телефона. Ого! Котик всегда легко запоминал цифры, и этот номер за те две секунды, что листок был в его поле зрения, впечатался тяжелой рифленой подошвой в полужидкую глину памяти, застыв там навечно. Он даже закрыл глаза и повторил номер про себя, наслаждаясь неожиданной удачей. Он-то собирался искать телефон этого Серёжи: говорят, есть какая-то служба, платная, где вам найдут телефонный номер любого человека. А тут само свалилось. Его даже не огорчил тот факт, что Вишня таскает в кармане телефон этого… партнера.
— Вот, Троицкий, — сказала Вишня. — Здорово танцует… и вообще, хороший мальчик. Это он, твой друг?
— Нет, — сквозь зубы процедил Котик. — У меня другой друг.
Сидящая на кусте ворона скосила голову, уставившись на него черным немигающим глазом, и разразилась грозным карканьем. Вишня небрежно скомкала и сунула бумажку снова в карман куртки. Эту небрежность Котик про себя отметил, и настроение скакнуло вверх. Резкое и скрипящее воронье карканье сменилось звонким крещендо невидимой малой пташки.
Школьный день Котика прошел в полном тумане: он что-то делал, даже отвечал у доски, но спроси его, что было сегодня, не вспомнил бы ничего. Он все время думал о своем плане, оттачивая детали. Нельзя, чтобы тот сорвался, все должно пройти гладко.
После окончания уроков он, стараясь остаться один и сразу рвануть домой, выскочил из школы, но не тут-то было: Слава Петух (Кочетов) и Дат уже ждали его.
— Пойдем к Дату, — схватил его за плечо Петух. — У него новые вагончики к железной дороге, пассажирские. Ты приноси свой паровоз и рельсы, дорогу соорудим.
Предложение звучало очень заманчиво — у Котика был отличный паровозик для немецкой 12-ти миллиметровой железной дороги, подарок от дяди на прошлый день рождения. Мощный паровозик мог тянуть пять вагончиков, но их у Котика не было. Зато было еще немного прямых рельсов, четыре кривых и, отдельная ценность, две стрелки, левая и правая. У Дата же было много рельсов, но без стрелок, и паровозик слабенький. А теперь, если объединить в один состав его паровоз и Датовы вагончики да совместить рельсы, может отменно получиться. Но коварный план…
— У меня сейчас дела, там дома надо… — замялся Котик. — Слушай, давай попозже, в три часа, я принесу паровоз.
— Знаем мы твои дела, — резко ответил Петух, — Вишне портфель таскать. Вон она уж ждет тебя, беги давай.
Котик даже ухом не повел — дразнить его было неблагодарным занятием. Он оглянулся: действительно, рыжая челка ярко выделялась в облаке черных, светлых и каштановых девичьих голов, что-то бурно обсуждавших в отдалении.
— Мне в четыре уходить, — солидно сказал Дат, которому очень хотелось опробовать новые вагончики с мощным паровозом. — Мало времени. Ты приноси паровозик, мы просто попробуем, как тянет. А дорогу в другой раз построим.
Котик согласно кивнул головой.
— Эй, давайте завтра, а? — предложил Петух. — Мне сегодня в три никак, меня к зубному ведут.
— А при чем тут ты? — удивился Дат. — Вагончики мои, паровоз Котика. Не можешь — не приходи. Мы же только попробовать сегодня, а дорогу потом вместе строить будем.
— Пока! — махнул рукой Котик и пошел к выходу.
Он скосил взгляд на клубок девчонок и встретился глазами с Вишней. Та тут же отделилась от клубка, за ней Муха.
Втроем дошли до развилки.
— Ладно, пока, — попрощался Котик. — Мне сегодня домой сразу надо.
— Пока! — ответила Вишня, ничуть не огорчившись, и тут же обратилась к подруге: — Мух, давай к тебе, ты мне журнал покажешь.
И они направились к дому Мухи, а Котик помчался к себе. Ранец хлопал по спине, но он не замечал, сосредотачиваясь на предстоящей операции.
Ворвавшись в дом, Котик бросил портфель на пол, снял кеды, прошел в гостиную. Поставил перед собой телефон, снял трубку, приготовился набрать номер. В груди грохотал отбойный молоток, на лбу выступила испарина. Он встал, прошел на кухню, прямо из кувшина отхлебнул кипяченой воды, хрустнул сушкой из вазочки на хлебнице. Грохот вроде поутих. Он вернулся к столу, резко схватил трубку и, боясь передумать, набрал номер. Длинный гудок, еще один, еще… После пятнадцатого он положил трубку и задумался. Там не отвечают. Надо бы поесть, хотя и не хочется. Он открыл холодильник — в миске две котлеты и гречка. Проглотил холодную котлету и поставил миску назад в холодильник. Снова попробовать позвонить? Он снял трубку и приготовился набрать номер. Вдруг холодный пот прошиб его: какой же он идиот, чуть не провалился! Все же знают, что если тебе звонят, можно узнать номер звонящего. Для этого надо не класть трубку после звонка, а с другого телефона позвонить на телефонную станцию… Какая удача, что телефон не отвечал. Ему сегодня определенно везет.
Котик выскочил на улицу. У подъезда соседнего дома торчал телефон-автомат. Нет, слишком близко, опасно… Переходя с бега на шаг и обратно, он домчался до метро. Там было несколько будочек. Он зашел в крайнюю и плотно прикрыл за собой дверь. Так… несколько монет в кармане, два пятачка, гривенник… Вот черт, нету двушки! Спокойно! Он выскочил из будочки, оглянулся. Газетный киоск — то, что надо.
— Здравствуйте! — вежливо обратился он к скучающей молодой продавщице. — Вы мне пять копеек не разменяете, позвонить?
— Я не меняю! — грубо ответила та. — Не напасешься на всех мелочи.
— Ну тогда продайте мне коробок спичек, — попросил Котик.
— А спички детям не игрушка! — парировала она. — Не дам тебе спички! Подожжешь что-нибудь, а мне отвечай.
— А вы мне и не давайте: вы продайте, коробок себе оставьте, а мне только сдачу дайте, две двушки.
Девушка в киоске задумалась. Она никак не могла понять предложенную ей сложную комбинацию — нет ли где подвоха?
— Тебе правда надо позвонить? — наконец осторожно спросила она.
— Да, очень, — кивнул Котик.
— Давай твой пятак!
Котик протянул ей нагретую в ладони большую желтоватую монету. Продавщица, оставив пятак лежать на виду, порылась под прилавком и положила рядом с пятаком две монетки поменьше — алтын и двушку. Котик тут же сгреб мелочь, буркнул: «Спасибо!» — и исчез из поля зрения. Продавщица высунулась в окошко и посмотрела, куда он помчался, но увидев, что мальчишка залетел в телефонную будку, успокоилась и раскрыла журнал «Огонек».
В этот раз он выбрал другую будку, не ту, где уже был — может, та неудачливая. Двушка встала в прорезь, металлический диск семикратно протрещал номер. Длинный гудок, второй, третий… Звук, с которым монетка провалилась в автомат, был столь неожиданным, что Котик дернулся.
— Алло, — ударил ему в ухо густой голос.
Нет, у того мелкого соломоволосого не может быть такого голоса. Или все-таки…
— Алло? — настойчиво повторил голос.
— Э-э… Сергея можно? — выдавил Котик.
— Да, сейчас, — в трубке наступила тишина.
Давай же, подгонял про себя Котик, сейчас время кончится, а второй двушки нет!
— Да? — теперь трубка закинула в ухо бойкий мальчишеский голос.
— Слушай ты, Сер-р-режа! — Котик старался говорить грубо и развязно, как гангстеры в кино. — Еще раз увижу тебя около Виш…
Тут он укусил себя за руку: чуть не проговорился, надо было речь заранее отрепетировать.
— Еще раз увижу тебя около Насти, ноги обломаю, танцевать больше не будешь, понял?
Молчание. Потом испуганный голос:
— А кто это?
— Не твое дело! Ты про ноги понял?
— Да… — Серёжа замялся и осторожно спросил: — А Настя — это которая на танцах?
— Да! — рявкнул Котик. — На танцах. Но ты больше не будешь с ней танцевать, ясно?
Автомат щелкнул, требуя еще монетку, которой не было. У него оставалось полминуты разговора.
— Но мы же партнеры, пара… У нас же конкурс… Я не могу…
— Смоги! А то ноги переломаю, танцевать не будешь!
И повесил трубку.
Он вышел из телефонной будки. Было холодно, резкий ветер гнал по серому асфальту скомканную газету, а мелкие бумажки кружились бессмысленным хороводом около одинокого фонарного столба. С запада наползала мрачная серая туча — запахло дождем. Котик засунул руки в карманы и, ссутулившись, пошел к дому. Дома он доел вторую котлету, залил гречу сгущенным молоком и слопал ее в холодном виде, запивая водой из графина. На графине остались белесые отпечатки его губ. Он протер графин кухонным полотенцем, помыл миску и сел за уроки. Собраться никак не получалось: мысли скакали, в голове все еще звучал тот телефонный разговор. Он резко встал, сунул в карман драгоценный паровозик и побежал к Дату испытывать новые вагончики.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Навигация по записям