Вот дорожная непруха –
Ярко, пыльно и тепло,
Солнце светит прямо в ухо
Уж до мозга пропекло,

Душит пошлая икота,
И пульсирует висок,
И залить в себя охота
То ли кофе, то ли сок.

И любуюсь я лениво,
Подперев рукой лицо,
На люпинов пепеливы,
На лесное озерцо…

Жарко нынче, но впервой ли?
Перебежкой, через тень,
Холодок себе позволю –
Проживу и этот день.

Горел я ровно, вполнакала,
Не думал, выполнял приказ,
И резал точно по лекалу,
Отмерив минимум семь раз.

Все было буднично и скучно –
Неважно, млад я или стар,
И колокольчик однозвучно
Звенел над ухом как комар

Тепло и сухо, даже сыто,
И в череде неважных дел
От всем привычного корыта
Я удаляться не хотел.

Струились мимо дни и годы,
Без радости, добра и зла,
Менялась только лишь погода,
Да тихо лысина росла.

Но вот однажды, утром ранним
Едва проснувшись, понял я.
Что жизнь проходит как в тумане,
И голова тяжёлая.

Что тело мягкое, как вата,
С дивана подниму едва ль.
И на глазах витиевата
Муара серого вуаль.

Во чреве булькает дебелом,
На лбу безмыслия печать.
Ну что же, раз такое дело,
То с этим всем пора кончать!

С локтей-коленей приподняться,
Шатаясь, встать под зной и град,
Потом с ужимками паяца
Шагнуть, отрезав путь назад,

И спотыкаясь каждым шагом –
В коленях хруст, хоть волком вой –
По буеракам и ухабам
Найду я путь, надеюсь, свой.

Пусть не туда, где был вчера я,
Но приведет куда-нибудь –
Ведь цели нет у самурая,
А есть катана лишь и путь.

осталось мне идти и верить,
Что это нынче наяву,
Уж нету времени, чтоб мерить,
Я прямо по живому рву.

Не держат уж нервы и рвутся,
Знать, выбрал я жизнь не ту.
О, Господи, дай мне проснуться
В холодном и липком поту,

Чтоб понял, хлебнув жадно чая –
Вкус тряпки во рту половой, –
Что утро я просто встречаю,
Похмельной тряся головой.

Вчера перебрал, видно, водки –
Не истина, ужас в вине.
А с фронта тревожные сводки –
Надеюсь, приснилось то мне.

Молю о пробудке в надежде,
Что грянет будильника звон,
И все станет тихо, как прежде,
А это всё был только сон.

Нет, поздно – мечты соскочили,
Рассеялись все миражи.
Прорвался, как гнилостный чирей,
И хлынул поток черной лжи.

Красивые сильные парни
Под «зигою» строятся в ряд.
Но спрятаться где от стыда мне? –
По-русски они говорят.

Ведь «зет» это вовсе не Зорро –
Мы поняли это сполна,
И гнева, тоски и позора
Меня накрывает волна.

Жестокие мелкие боги
Настойчиво требуют жертв
Ведь крови чужой, крутороги,
Они вкус познали уже.

И стонет труба одиноко,
С ней пушки гремят в унисон.
Напрасно молю, видно, Бога –
Увы мне, но это не сон.

В один момент вдруг стало поздно слишком,
Отброшена святая ипостась.
Простите, люди, то МОЯ ошибка,
Что допустил до власти эту мразь,

Что Я довел дела до жирной точки,
Не шевельнул Я вовремя рукой,
А были ведь тогда еще звоночки.
Счас колокол звонит за упокой.

Я виноват, что видел недалече,
И в суете текущих мелких дел
Не выступил что Я ему навстречу,
Не понял, не срюхал, не разглядел.

Трагедией вдруг стала сцена фарса,
С подмостков в зал, где жизни на кону.
Я б мог остановить, но не пытался,
И принимаю на себя вину.

Провинились мы чем, что ли?
Мир безжалостно суров –
Я копаю в снежном поле
Противозайчатный ров,

А над ним высокий надолб –
Металлическая сеть.
Ток пустить конечно надо б,
Да зверюшек жалко ведь…

Но я яблоню без боя
Тем прожорам не отдам!
Пусть глодают что другое,
А то, судя по следам,

Подбираются все ближе –
Ветки яблони вкусны!
А над снегом сетка ниже…
Не дотянет до весны

При таком, боюсь, раскладе
Эта яблонька никак.
Справедливости я ради
Волю всю собрал в кулак,

О деревьях беспокоюсь –
Что мне мокрая нога?
Снегу меньше чем по пояс,
То есть ровно дофига!

С каждым шагом эту мерку
Подтверждаю, матерясь.
Зайцы ж прыгают поверху –
Снег их держит, чай, не грязь.

А я, как боец стройбата,
Защитить природу чтоб,
Покряхтев, беру лопату,
Рыть иду в снегу окоп.

Ты можешь удивляться,
Но как пел наш кумир —
Уверен, вспомнишь это не раз:
«Не стоит прогибаться
Под изменчивый мир,
Пусть лучше мир прогнется под нас».

Но нагло так смеется
Тот изменчивый мир
И гнуться не желает, беда!
И что-то мне сдается,
Что ошибся кумир,
Мир вязкая, по сути, среда.

Решение простое
Нам поможет совсем
На всякие прогибы забить —
Мы наш, мы новый мир построим,
И для себя там станем всем!
И в мире том своём будем жить.

Ветки мечутся тревожно
В свете редких фонарей,
И я чувствую подкожно –
В ночь такую всё возможно:
Люди станут вдруг добрей,

Не совсем пусть, но немножко,
Хоть на кончике ножа,
Даже если понарошку…
Ветер воет за окошком,
Вихри снежные кружа.

Зло и зависть, что давили,
Как могильная плита,
Обратились в горстку пыли
И пропали, как не бЫли,
А осталась доброта.

Лишь сегодня, бескорыстно
Сможет каждому помочь –
Всё подтянет, что провисло,
Обновит мечты и мысли
Очищающая ночь.

Дуй сильней, колючий ветер!
Из голов ненужный сор
Выноси, покуролесив,
Пусть проснётся на рассвете
То, что спало до сих пор.

Если хочет быть кто-то элитой,
То есть круче, богаче, умней.
Чтоб сказали – вот он, знаменитый,
Правит гордой четверкой коней,

Держит твердой рукою квадригу,
Путь вперед указуя перстом,
То фигура выходит безлика,
Силуэт лишь в пространстве пустом.

А в тени всех квадриговладельцев
Просто делают дело своё
Незаметные с виду умельцы –
Кто-то пашет, а кто-то поёт.

И возницу без нУжды не зли ты,
А кивни в рассужденье простом –
Что кто хочет, пусть будет элитой,
Лишь бы было их мало числом.

От дневной уставши тряски,
На подушку я прилёг –
Мне приснился ёжик в каске,
То ли гонщик, то ль пилот.

Я спросил его: – Приятель,
Путь твой, видимо, тернист,
Ты, наверно, испытатель
Или велосипедист?

Или ты пилот отважный,
В скорости сверхзвуковой
Защититься очень важно
От ударов головой.

Улыбнулся он искОсо –
Что же ты за чушь несёшь,
Мне понятна суть вопроса,
Только я обычный ёж.

Вдруг меня увидят дети
И погладить захотят?
Что я им смогу ответить?
Поцарапаю ребят.

Потому надел я каску –
Мысль, может быть, свежа, –
Чтобы гладить без опаски
Можно было и ежа.

>>Президент России заявил, что в 1990-е годы иногда подрабатывал частным извозом.<<

Ведь не так уж плох был, да,
Тот период милый?
И Отец Родной тогда
Тоже был бомбилой,

Тож клиентов развозил
По жилым массивам,
На исходе, было, сил,
Нервов и бензина.

Видно, близок к небесам –
От судьбы подарком
У него же был ниссан,
То есть, иномарка.

У меня же так, фигня,
Ржавая «копейка» –
Что ж, любила и меня,
Знать, судьба-злодейка.

По разбитым мостовым
Или где на Невском,
Может, мы встречались с ним –
Городок-то тесный.

Для семьи, не барышей,
Было хоть опасно,
Мы возили торгашей
И бандитов разных,

Наркоманов и …дей,
Что платили мало,
Ну, а больше все ж людей,
Добрых, но усталых.

В вёдро, слякоть и мороз
Выгоняли тачку,
Каждый рубль за извоз
Сразу был потрачен.

Избежав тюрьмы-сумы –
Повезло, конечно –
Хоть бомбили рядом мы,
Разошлись навечно.

Справедливости воздам
И скажу я вкраце –
Если честно, лучше б нам
Все же не встречаться.

В разные свела края,
Эх, дорога-змейка.
Жизнь быстрая моя,
Где же, ты, «копейка»?