Многие любят украшать свои машины снаружи и изнутри. Причины бывают разные – одни хотят, чтобы их авто отличалось от остальных, другие просто выпендриваются, третьи (особенно женщины) пытаются создать свою атмосферу. В общем, все стараются персонализировать, сделать уникальной, стандартную единицу стандартного изделия, существующего в тысячах идентичных копий. Мою «копеечку» не надо было украшать спойлерами, наклеечками или уродливыми фигурками, болтающимися на зеркале заднего вида – она была совершенно уникальна, по крайней мере для меня. Нам не требовалось внешних символов принадлежности друг к другу. Хотя одна вещица все-таки болталась на зеркале заднего вида. Это был Талисман.

Однажды я сел на свое место за рулем, достал из кармана зеленый плоский камешек не очень ровной, почти овальной, формы, практически идеально отполированный. В небольшую дырку была продета грубая некрашенная шертяная нить, за которую я его и повесил на зеркало, чтобы он все время был на виду. «Копейка» неудоменно молчала и требовала пояснений.

— Это талисман, — озвучил я очевидную истину.

Этого было явно недостаточно – она пока не приняла это странное украшение.

— Он всегда теплый, — добавил я, и это было правдой: зеленый камешек был всегда теплый и, пожалуй, даже мягкий на ощупь.

— Он должен, просто обязан, приносить удачу, — я говорил все убедительнее, но моя бежевая подруга не реагировала…

— Ну ладно, — сдался я, — расскажу тебе его историю.

******************

Давным-давно я был подростком и увлекался лыжами. Впрочем, я до сих пор этим увлекаюсь. Наша дружная лыжная компания состояла из двух неравных частей – взрослые и дети. Взрослые занимались своими взрослыми делами, а мы, дети, быстро скучковались и организовали свой мирок с простой иерархией. Я был самым старшим в компании и, соответственно, как бы король. Две девочки, Даша и Света, были на год моложе, они были принцессами. Далее шли еще двое мальчишек на 2-3 года младше меня, графья – они имели право совещательного голоса. Остальная мелюзга в расчет вообще не принималась – хотела, присоединялась к нам, не хотела – нам же легче. Когда тебе 12-14 лет, год разницы в возрасте огромен. Наша компания – король с принцессами и графьями хорошо сцементировалась. Мы встречались не только в лыжный сезон на склоне, но круглый год где заблагорассудится – в кино, мороженнице, в Петродворце, на пляже Залива, просто в лесу. Обычно мы, предварительно созвонившись, встречались на Финляндском вокзале и решали, куда ехать или просто бродили вдоль Невы. Мы болтали обо всем на свете – о погоде, стихах Высоцкого, выставках в Эрмитаже, новом кинофильме, старых книгах…

Особенно мы сошлись с Дашей – иногда мы шли гулять вдвоем, не созваниваясь с остальными. Если погода была «нелетная», мы просто болтали по телефону: 3 часа разговоров ни о чем — с ней это было неутомительно.

Однажды, солнечным летним днем, мы все впятером забрели в дальний уголок Пушкинского парка и сидели на скамеечке, попивая теплый лимонад. Разговор увял, было жарко, уютно и лениво. Я, желая позабавиться, предложил:

— Давайте говорить на заданную тему. Выберем тему, и все выскажутся.

— Давайте! – идея нашла отклик.

— Можно я тему предложу? — Нет я! – А у меня есть тема! – закричали все хором.

Для разрешения спора решили тянуть жребий. Короткая спичка досталась Даше. Она, ни секунды не задумываясь, объявила тему:

— О любви, — потом ткнула в меня пальцем и сказала, — Ты начинаешь.

Я открыл рот, потом закрыл. Взял бутылку и медленно хлебнул лимонаду. Подождал, пока теплые и сладкие пузырики перестанут щекотать нос. Посмотрел вдаль – там за кустами был пруд, по которому медленно ползали лодки с отдыхающими. В небо – там бесконечно высоко висел самолет, за которым тянулся длинный белый след, и еще я вдруг увидел чуть выше самолета белую Луну – что она тут делает днем? В голову не лезло ничего, кроме неуместной фразы «Акела промахнулся». Я понял, что мне нечего сказать на эту тему. Да нет, мне было уже полных 16 лет, уже была романтическая мальчишеская влюбленнность, и я уже чувствовал себя готовым к чему-то более сильному, но говорить об этом было решительно невозможно. Я и сам-то только сейчас впервые осознал что-то смутное, а уж произнести это вслух… Отшучиваться тоже желания не было. С усилием я собрал растекшееся сознание в волевую кучку, посмотрел на часы и сердито сказал:

— Времечко, дамы и господа! Пора трогаться.

Трогаться было действительно пора, но все восприняли это как позорное отступление.

— Акела промахнулся! – насмешливо пропела Даша, подражая шакалу из мультфильма про Маугли, а у меня в груди надулся и лопнул горячий пузырь – она читает мои мысли?              Потом нас разбросало – мы стали встречаться реже, а встречи стали мимолетнее. По сути из нашей компании остались только мы с Дашей. Редко-редко я слышал по телефону «Привет, это Даша! Погуляем?», и еще реже сам набирал номер «Дашка! Привет! Прошвырнемся?»

Как-то после бесконечно долгого молчания позвонила Даша и предложила встретиться. Как обычно, я ждал ее на платформе метро «Площадь Ленина» под эскалатором. Вскоре я увидел, как она быстро спускается по лестнице. Она была невысокая, плотная, но очень изящная. Двигалась она красиво – ее верхняя часть быстро и плавно плыла над поручнем, а подвижных ног практически не было видно – они быстро перебирали ступеньки. Вдруг мелькнула мысль «Только бы она не упала…» Разумеется, она не упала, а подбежала, замерла, глубоко дыша, в полушаге от меня и радостно сказала:

— Ну привет! Сто лет не виделись.

— Привет! – машинально ответил я, с изумлением и восторгом рассматривая молодую женщину, в которую вдруг превратилась девочка, с которой я дружил. Ее слегка миндалевидные черные глаза и волосы цвета воронова крыла делали ее потрясающе красивой, и я получал чисто эстетическое удовольствие любуясь ею – она была бы достойна кисти великого художника. Даша изобразила недовольство, хотя глаза продолжали улыбаться:

— Что ты там разглядываешь на мне?

— Где ты так загорела? – Изобретательно выкрутился я.

— В Крыму, — ответила она, — Мы две недели лагерем стояли.

— Здорово! – сказал я, — Куда поедем? У тебя сколько времени? Мне к девяти надо быть дома.

— Никуда, — она как-то напряглась, — Мне бежать надо. Я тебе просто вот это хотела подарить.

Даша, глядя мне в глаза, вложила в руку что-то твердое и теплое. Я не рискнул отвести взгляд, чобы посмотреть что это. Глаза ее стали бездонными, я мог погружаться в них все глубже и глубже. Там блеснула искорка, вот сейчас я что-то увижу…

— Это талисман, я нашла в Крыму и для тебя привезла, — связь нарушилась.

Я взглянул на то, что лежало на моей ладони – зеленый Талисман, еще хранящий тепло ее руки.

— Спасибо, Дашка, пригодится, — в моем голосе звучал скепсис.

— Он теплый. Ты его храни, он тебе поможет, — уговаривала меня Даша.

Она все еще остается девочкой, подумал я, красивые стекляшки, камушки, талисманы. Чтобы стать талисманом, недостаточно быть красивым камнем, надо нести заряд энергии и тепла.

— Может все-таки пошляемся? – предложил я.

— Нет, все, пока! Убежала, — Даша развернулась и побежала к эксалатору, идущему наверх.

— Спасибо! Созвонимся? – крикнул я вдогонку.

Она, не оборачиваясь, помахала рукой и плавно взлетела, исчезая в бескрайнем тоннеле.

 

Талисман тихо лежал в дальнем углу верхнего ящика письменного стола. В его волшебную силу я не верил (однажды решил проверить: взял с собой на экзамен, и в итоге получил четверку – не работает, решил я), а выкидывать Дашкин подарок, который она приперла из Крыма, не мог. С Дашей мы тоже как-то больше не встречались. Я пару раз звонил, она не могла встретиться, у меня тоже были новые дела…

Как-то я случайно встретил одного из наших графьев, и от него узнал, что Дашка выходит замуж, за кого-то из своих туристов. Меня не пригласили, ну и подумаешь. Надо забежать на свадьбу, подарить цветы, поздравить – рад за нее! В день свадьбы я шел ко Дворцу Бракосочетания (приехал туда без «копеечки» — она была в ремонте) с букетом в руке, и на подходе догнал Свету – вторую лыжную принцессу.

— Привет, Светка! – обрадовался я, — Здорово! А чего меня не позвали?

— Привет-привет, — без восторга отозвалась она, — Отойдем-ка в сторону.

— Зачем?

— Слушай, ты туда не ходи, — железным голосом сказала Света.

— Ты сюда ходи? Снег башка попадет? – я ничего не понимал и прикидывался дурачком.

— Ты что, совсем тупой? – Света повысила голос, — Ты что, не видел, что она в тебя влюблена по самое не могу, а ты в старшего брата играешь. Она и замуж-то назло выскакивает – мол пусть он, то есть ты, поймет!

Я хватал ртом воздух и вращал глазами – наверное, был похож на леща, вытащенного из воды. Это дурацкий розыгрыш? Дашка-то, пожалуй, могла бы, но Света на розыгрыши не способна.

— Так, — я попробовал собраться с мыслями, — Вот это все ты сейчас серьезно?

— Серьезнее не бывает, — Света явно не шутила, — Если ты там сейчас появишься, черт знает, что Дашка может учудить: сбежит или тебя убьет!

Эта может и убить, про себя согласился я. Лучше не провоцировать.

— Ну лааадно, — тянул я, в такие странные ситуации мне еще попадать не доволилось, — Я ж не знал… Ты ей тогда привет передавай и поздравления.

— Ага, щас! – Света опять рассердилась, — Дурак ты, а уши холодные. Чего она в тебе нашла? А ты куда сам-то смотрел?

— Свет, а чего ты-то мне ничего не шепнула, чтоб я увидел?

— Нее, ну ты точно кретин! – она покрутила пальцем у виска, — Вали отсюда, а букет давай сюда, цветы на свадьбе лишними не бывают.

*************************

— Такие дела, подруга, — сказал я «копеечке», — Зато теперь я верю, что Талисман заряжен и должен работать.

«Копеечка» тоже поверила и согласилась принять Талисман. Работал он здорово – помогал во всем, и так и зеленел у меня в поле зрения. И было от него всегда тепло.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Навигация по записям