На столе сидит домашний кот
И задумчиво глядит в окно.
Он большой, пошел уж третий год,
Но гулять ему запрещено.

За окном такой свободный мир,
В свете Солнца и холодных звезд,
Но он может лишь лакать кефир
И вылизывать холеный хвост.

Над котом сейчас я посмеюсь,
Хлопну дверью и на двор пойду —
Он меня в окно увидит пусть,
Но ему не преступить черту.

Ты завидуешь, мохнатый друг,
Что мне мир доступен сразу весь?
Только голос я услышал вдруг,
Он согнал с меня дурную спесь:

— Не дразни же ты, глупец, кота, —
Так сурово голос загудел.
— У тебя свобода, но не та,
Лишь чуть шире у тебя предел.

Рассмеялся я ему в ответ:
— Ерунду ты, братец, говоришь,
Вовсе для меня границ-то нет:
Хоть в Австралию, а хоть в Париж.

Помолчал немного голос тот,
Я решил, что он уже ушел,
И сказал: — Да ты такой же кот,
И свободы, как и он, лишен.

Лишь размером разные дома —
Тут гостинная, а там Довиль,
Ограничена твоя тюрьма
Миллионами квадратных миль.

Ну так что же? — Я повел плечом.
— Есть предел какой-то у всего,
Говорим с тобой мы ни о чем.
Он ответил: — Посмотри в окно.

То ль мне нужен сильный опохмел,
То ли голос тот шутник большой,
Но окно внезапно я узрел,
Только вот не глазом, а душой.

И такое там увидел я,
Что словами описать нельзя…
И с тех пор хочу я в те края,
Лапой грустно по стеклу скользя.

И теперь вдвоем с моим котом
Ожидаем тот заветный час,
Что пробьет однажды, а потом
Дверь откорется, и впустят нас.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Навигация по записям