В сиденье упер снова спину.
Как ситцевый летний наряд,
Лиловые с белым люпины
На фоне зеленом стоят.

И светлым веселым горохом
По платью, где выгиб тугой,
Прогалины с тающим мохом
Разбросаны щедрой рукой.

Вот поясом черным ущелье
Меж двух тектонических плит,
И синим ручьем ожерелье
На солнце беспечно блестит.

На милую русую гору
Косынкою свежей приник,
Пришелся он ей точно в пору,
Крахмаленный белый ледник.

За лавовым полем-погостом
Граненый поднялся утес,
То в дымке дождя папиросной
С горбинкой Ахматовский нос.

Обветрены жесткие скулы,
И холодны в иссинь глаза,
Смягчает серьезность лагуны
Смешинками льда бирюза.

От пара и мысли обвисли —
Как раньше, без выслуги лет
Клубятся горячие мысли
В холодной на вид голове.

Все просто, пропала интрига,
Лишь катятся с моря валы,
Застыли сюитами Грига
Разломы у Черной скалы.

Приснится однажды пускай мне
Средь темной и долгой зимы,
В огранке из черного камня,
Исландия, ветер и мы.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Навигация по записям